Меню Рубрики

Э дженнер и его вклад в разработку вакцины против оспы

Более двух с половиной веков назад, 17 мая 1749 года родился Эдвард Энтони Дженнер, который придумал, как спасти мир от смертельной болезни и с успехом это осуществил. Благодаря великому английскому ученому, у человечества теперь есть вакцины — надежная защита от целого ряда крайне опасных инфекций. MedAboutMe рассказывает об истории Эдварда Дженнера и его открытии.

Когда мы сегодня говорим об оспе, то в первую очередь вспоминаем о ветрянке — ветряной оспе, которая вызывается вирусом герпеса и не является для современного человека чем-то пугающим. Но история вакцинации начинается с другой, натуральной, или черной оспы. Это тоже вирусное заболевание, которое вызывают вирусы Variola major, убивающий от 20 до 90% зараженных, и Variola minor с летальностью 1-3%.

Черная оспа — настолько древнее заболевание, что ученые расходятся в оценках времени его происхождения. Оно уже убивало предков человека за 10 тысяч лет до нашей эры. Следы оспы ученые находят на лицах фараонов. Когда-то из Африки при помощи египтян вирус перебрался в Индию и в Китай, а в V-VII веках добрался до Японии, где убил треть населения, и до Европы. Оттуда конкистадоры из Португалии и Испании завезли вариолу на территорию нынешней Америки, что сыграло существенную роль в исчезновении цивилизаций инков и ацтеков. В XVIII веке дополнительным фактором распространения инфекции на территории будущих США стала работорговля.

Смертность от оспы на тот момент составляла от 20 до 60%. Сегодняшним противникам вакцин следует знать, что в XVIII, уже вполне просвещенном веке в Европе от оспы ежегодно умирали 400 тысяч человек (а по некоторым данным — до 1,5 млн). Треть переболевших и выживших теряла зрение, а большинство из них до конца жизни носили на своем теле обезображивающие рубцы. Но при этом больше они никогда не заболевали оспой.

Удивительную невосприимчивость к вирусу у уже переболевших оспой людей человечество заметило очень давно. По свидетельствам историков, уже в 430 г. до н. э. люди, пережившие оспу, должны были ухаживать за больными.

Неудивительно, что человечество попыталось использовать это наблюдение и придумало процедуру вариоляции (она же инокуляция), которая должна была вызывать легкую форму болезни. Первые свидетельства об этой операции были обнаружены в документах Древнего Китая и Индии. А в источниках 1670 года, например, сообщается о практике вариоляции обитательниц гарема турецкого султана в Стамбуле. Причина была проста: легендарная красота женщин должна была остаться неприкосновенной.

Что же такое вариоляция? Лекари использовали гнойные корочки людей, больных оспой. Эти корочки высушивались, перетирались в порошок и втирались в кожу, вносились в надрез на коже или вдувались в нос здорового человека. В других вариантах под кожу вводили жидкость из пустул больного оспой. Одним везло, равно как и их родственникам: легко переболевший пациент становился неуязвим для вируса. А вот другие были не столь удачливы: их болезнь развивалась тяжело, а сами они превращались в источник смертельно опасной инфекции для окружающих их людей. Смертность от вариоляции составляла 2-3%. Что, конечно, все равно было в 10 раз меньше, чем летальность самой оспы.

В начале XVIII века о вариоляции узнали лекари Англии. После нескольких экспериментов над заключенными и детьми-сиротами процедуру прошли члены королевской семьи — под тщательным наблюдением медиков. После чего новая методика получила всеобщее признание. Некоторые королевские особы Австрии, Франции и даже России (Екатерина II и ее сын) были привиты именно этим способом.

Чтобы остановить эпидемию оспы, врачи стали прививать обычных людей. В 1757 году вирус был введен 8-летнему мальчику, одному из тысяч маленьких англичан, попавших под проект вариолизации населения Англии. Мальчик переболел легкой формой оспы и впоследствии стал отцом-основателем вакцинации. Этим ребенком был Эдвард Дженнер.

Благодаря такой любознательности, Дженнер сделал шаг, который впоследствии вывел человечество на новый уровень в области медицины. Он задумался над фактом, известным любой доярке того времени: если переболеть коровьей оспой, то смертельная черная оспа будет не страшна. В 1796 году Дженнер взял образец жидкости из пустул на руках молодой доярки, заболевшей коровьей оспой, и ввел его 8-летнему Джеймсу Фиппсу. Через 1,5 недели легкой лихорадки и увеличенных лимфоузлов мальчик выздоровел. А через 2 месяца Дженнер ввел ему образец жидкости из тканей больного уже самой настоящей, черной оспой. И ничего не произошло, ребенок не заболел.

Ученый повторил эксперимент 23 раза и через 2 года обнародовал результаты своих изысканий, где впервые назвал проведенную им процедуру вакцинацией. В том же 1798 году вакцинацию от оспы ввели в английской армии и на флоте, что быстро привело к снижению смертности от черной оспы в 3 раза.

Новый метод стал главным делом жизни Эдварда Дженнера. Удивительно, но он не сделал никаких попыток обогатиться на нем, хотя его частная практика и личная жизнь на фоне увлечения вакцинацией стали приходить в упадок. В 1802 году британский парламент наградил его за разработку метода вакцинации 10 тысячами фунтов стерлингов, а через 5 лет постановил выдать еще 20 тысяч. Но Дженнер не получил этих денег. Несмотря на то, что его методика подвергалась нападкам и насмешкам, он продолжал работу. Постепенно вакцинация сменила вариоляцию. А в 1840 году последняя была запрещена на территории Англии.

Важность открытия Дженнера заключается в том, что он предложил заменить высококонтагиозный (то есть, очень заразный) вирус, полученный от больного человека, на очень похожий, но более слабый вирус, взятый у больной коровы. Впоследствии вместо патогенного микроорганизма, атакующего другой вид и потому неопасного для человека, для вакцинации стали брать «настоящий» смертельный вирус, но очень ослабленный, чтобы он не мог причинить вреда.

Дженнер не был первым человеком, кто применял коровью оспу для защиты от ее человеческой версии. Еще в 1774 году фермер В. Джести из Англии использовал оспенные корочки, чтобы привить свою супругу и детей во время вспышки оспы. Семейство заболело, соседи были возмущены жестоким обращением с бедной женщиной и малышами. Но через некоторое время соседи умерли, а семья Джести — нет. В 1791 году аналогичным образом спас своих близких фермер П. Плетт из Пруссии.

Но именно Дженнер свел воедино все имеющиеся на тот момент факты и данные наблюдений и поставил научный эксперимент. Впоследствии он стал пересевать вирус от человека к человеку. Он брал оспенные корочки у зараженного коровьей оспой пациента и прививал следующего больного порошком, полученным из этих корочек, а не от коров. Кстати, попутно он доказал, что вирус можно таким образом хранить для проведения массовых вакцинаций вне зависимости от наличия больных коров в окрестностях.

В 1800 году препарат был переправлен в США: английский доктор Д. Летсом отправил его американскому врачу Б. Уотерхаузу. Похоже, что в те годы быть ребенком врача было довольно рискованно, а о научной этике тогда еще никто и слыхом не слыхивал. Уотерхауз немедленно опробовал первую в мире вакцину на 7 из своих 13 детей. 6 мальчиков переболели оспой. После этого любознательный отец заразил одного из вакцинированных мальчиков черной оспой — ребенок не заболел. Тогда ученый поместил его в одну комнату с умирающим от оспы пациентом. Мальчик успешно пережил эксперименты отца — и таким образом США обрели вакцину от оспы, а Уотерхауз, в отличие от Дженнера, неплохо заработал на распространении препарата.

Врачи США и Европы один за другим проводили разнообразные эксперименты с вакциной на очередных мальчиках, раз за разом убеждаясь в ее действенности. В 1812 году уже в нашей стране в ходе обязательной иммунизации привили 1,25 млн человек. Вскоре европейские страны тоже ввели у себя обязательную иммунизацию от оспы.

Однако через несколько десятилетий наблюдений оказалось, что прививка вирусом коровьей оспы не дает пожизненного иммунитета, то есть надо проводить повторную иммунизацию — ревакцинацию. И с этого момента человечество начало постепенно перехватывать у болезни инициативу. В 1967 году под эгидой Всемирной организации здравоохранения была начата масштабная программа иммунизации. За 10 лет черная оспа была буквально стерта с лица земли. В 1980 году ВОЗ объявила, что мир свободен от оспы, то есть, можно остановить вакцинацию. На территории Советского Союза иммунизация была прекращена в 1978—1982 гг.

Благодаря пытливому уму и талантам естествоиспытателя Эдварда Дженнера, черная оспа, убивавшая людей миллионами, стала первым инфекционным заболеванием, которое удалось полностью ликвидировать при помощи прививок.

источник

В 1772 г., завершив обучение, двадцатитрехлетний Эдвард Дженнер открыл медицинскую практику в Беркли, Глостершир. Примерно в 1780 г., все еще заинтригованный связью между коровьей и натуральной оспой, он начал собирать сведения о людях, которые переболели коровьей оспой и оказались затем невосприимчивы к натуральной (о чем говорило отсутствие у них реакции на вариоляцию).

В 1772 г., завершив обучение, двадцатитрехлетний Эдвард Дженнер открыл медицинскую практику в Беркли, Глостершир. Примерно в 1780 г., все еще заинтригованный связью между коровьей и натуральной оспой, он начал собирать сведения о людях, которые переболели коровьей оспой и оказались затем невосприимчивы к натуральной (о чем говорило отсутствие у них реакции на вариоляцию).

Дженнер зарисовал язвы, вызванные коровьей оспой, на руках молочниц и привез рисунки в Лондон, чтобы показать нескольким докторам и обсудить, как коровья оспа может защитить человека от натуральной. Однако большинство докторов отнеслись к этой идее без интереса. Точно так же, когда Дженнер обратился к коллегам-медикам с просьбой помочь ему в исследовании, они отказались, утверждая, что идея смехотворна и все это не более чем деревенские россказни.

Но Дженнер не сдавался и продолжал исследования, пока наконец не подошел вплотную к своему эпохальному открытию.

14 мая 1796 г., взяв дело в свои руки, он сделал первую в мире прививку от оспы восьмилетнему Джеймсу Фиппсу, сыну одного из своих работников. Дженнер ввел мальчику зараженное коровьей оспой «отделяемое», взятое с руки молочницы по имени Сара Нелмс, которая подхватила инфекцию от коровы по кличке Цветик.

Как и в случае Бенджамина Джести, который сделал то же самое 22 года назад, эксперимент оказался успешным: повторная вариоляция Фиппса через несколько месяцев показала отсутствие реакции, свидетельствующее о том, что у него выработалась невосприимчивость к оспе. Надо сказать, защищенный от оспы Фиппс прожил после этого долгую жизнь и даже подвергался вариоляции еще 20 раз, чтобы доказать свою невосприимчивость к болезни.

Однако, несмотря на победу Дженнера, новость о его успехе вызвала не больше энтузиазма, чем новость о том, что сделал Джести 20 лет назад. В 1797 г. он подал в Королевское научное общество статью, где описывал свой эксперимент с Фиппсом и упоминал еще 13 случаев, когда люди вырабатывали невосприимчивость к натуральной оспе в результате иммунизации коровьей. Но материал быстро отклонили, сославшись на то, что он недостаточно обоснован. Более того, эксперимент Дженнера был признан «противоречащим современной науке» и «недостоверным», а самого его предупредили, что ему лучше «прекратить распространять эти дикие идеи, если он дорожит своей репутацией».

Дженнер ничего не мог сделать с «дикостью» и «недостоверностью» своей идеи, но мог собрать больше данных. К несчастью, ему пришлось ждать еще год до следующей вспышки коровьей оспы, но когда весной 1798 г. она наконец случилась, Дженнер ввел вирус еще двум детям. Затем он провел эту процедуру еще с несколькими детьми, взяв зараженный материал из язв первых двух детей (метод «рука к руке»). Когда вариоляция показала, что дети больше не подвержены заболеванию, Дженнер убедился, что был прав.

Но на этот раз он не стал обращаться в Королевское научное общество, решив опубликовать свой труд собственными силами, и издал ставшую ныне классической шестидесятичетырехстраничную книжку «Размышления о причинах и последствиях Variolae Vaccinae, или коровьей оспы».

Таким образом, когда Эдвард Дженнер в мае 1796 г. ввел Джеймсу Фиппсу вирус коровьей оспы, он подытожил все подсказки, накопившиеся за предшествующее тысячелетие. Сделав это, он заложил научное основание одного из величайших прорывов в истории медицины — вакцинации.

В своей работе Дженнер сделал множество важных утверждений. Вот некоторые из них: прививка коровьей оспой защищает от натуральной оспы; защиту можно передавать от человека к человеку методом «рука к руке»; в отличие от натуральной оспы, коровья не смертельна и вызывает локализованные неинфекционные очаги на коже. В этой работе Дженнер также впервые использовал термин vaccine (от лат. vacca, «корова»), от которого затем произошли «вакцина» и «вакцинация».

Но, даже получив новые доказательства, Дженнер снова столкнулся с недоверием и презрением коллег. Возражения сыпались со всех сторон. Одни врачи отказывались признавать коровью оспу легкой болезнью; другие утверждали, что пробовали повторить эксперимент Дженнера и у них ничего не вышло; третьи возражали против вакцинации из религиозных или нравственных соображений. Пожалуй, самое причудливое возражение выдвинули те, кто утверждал, будто после попыток вакцинации у пациентов стали проявляться «животные» признаки. Появилась даже карикатура, изображавшая привитых от оспы младенцев с коровьими рогами на головах.

Но постепенно к делу приступили более авторитетные врачи. Они опробовали предложенный Дженнером метод, и положительных отзывов стало больше. Судя по всему, вакцина действительно работала, хотя дебаты о ее эффективности и безопасности продолжались. Тем временем Дженнер тоже продолжал работу и опубликовал еще несколько статей, которые проясняли или уточняли его взгляды на основе новых данных. Хотя он не во всем был прав (например, ошибочно полагал, что вакцинация дает пожизненную защиту от заболевания), практика начала распространяться на удивление быстро.

Через несколько лет прививки стали делать не только в Англии, но и по всей Европе, а скоро и в других странах мира. В Америке первую вакцинацию произвел 8 июля 1800 г. Бенджамин Уотерхаус, профессор Гарвардской медицинской школы. Он ввел вакцину своему пятилетнему сыну, еще двум детям и нескольким слугам. После этого он послал вакцину президенту Томасу Джефферсону для распространения в южных штатах, и тот вскоре организовал вакцинацию для своей семьи и множества соседей (всего около 200 человек).

В 1801 г. у Дженнера не осталось сомнений в успехе вакцинации. Он писал:

«Множество людей приобщились к ее благам в Европе и в других частях света. Ее успех слишком очевиден, чтобы допустить хоть тень сомнения относительно конца этого предприятия, коим станет безусловное уничтожение оспы, этого ужасного бича человеческого рода».

Хотя во времена Дженнера никто даже отдаленно не понимал, как работает вакцина или что именно вызывает оспу, и хотя технически он не был первым человеком, который привил другого человека от оспы, сегодня историки отдают лавры этого открытия именно ему, поскольку он первым продемонстрировал эффективность вакцинации с научной точки зрения. Не менее важно и то, что именно он дал миру первый достаточно безопасный способ остановить самую беспощадную болезнь в истории человечества.

Читайте также:  Ветряная оспа у детей отличия

И все же, несмотря на успех Дженнера, вскоре стало ясно, что у его вакцины есть серьезные недостатки. Во-первых, приобретенный иммунитет не был пожизненным, и никто не мог понять почему. Некоторые ученые предполагали, что в процессе «передачи» методом «рука к руке» вакцина постепенно теряет силу. Иными словами, «агент», отвечающий за обеспечение иммунитета, как-то ослабевает, утрачивает свои свойства по мере того, как его передают от одного человека к другому.

Возник и ряд других назойливых вопросов. Например, почему этот подход — взять сравнительно безобидную болезнь и сделать из нее вакцину против гораздо более серьезного заболевания — нельзя использовать против всех болезней?

Ответ, как мы сегодня знаем, состоит в том, что эффективность вакцины Дженнера — удачное стечение обстоятельств. У вируса натуральной оспы обнаружился безобидный близкий родственник — коровья оспа, но этот редчайший каприз природы не повторяется ни с одним другим человеческим заболеванием. Учитывая, что других способов создать вакцину тогда не существовало, история вакцинации могла оказаться очень и очень короткой.

Возможно, поэтому развитие вакцинации вскоре действительно зашло в тупик, где и оставалось следующие 80 лет. Пока наконец один ученый — уже сыгравший ключевую роль в открытии микробной теории — не сделал очередной гигантский шаг вперед.

Это был Луи Пастер, который совершил первый крупный прорыв в истории вакцинации со времен Дженнера, открыв способы аттенуации вирусов, а также создал эффективную вакцину против птичьей холеры, сибирской язвы и бешенства.

Джон Кейжу. Открытия, которые изменили мир.

источник

Безжалостная черная оспа уносила во время эпидемии тысячи, а иногда и миллионы жизней. Переболевшие ей оставшиеся в живых счастливчики до конца своих дней носили на теле шрамы от гнойных пузырей. Многие лишались зрения. Эдвард Дженнер предложил защиту от оспы, которая заключалась в вакцинации против этого тяжелого заболевания.

Эдвард Дженнер родился в 1749 году в мае. В семье священника он был третьим ребенком. Медициной Эдвард заинтересовался еще в детстве, и уже в 12 лет стал учится на хирурга и постигать ее основы, занимаясь анатомией. Очень быстро он стал практиковать в больнице.

Переехав в 1770-м в Лондон, Эдвард завершил свое медицинское образование. Знаменитый хирург помог ему овладеть всеми тонкостями этой профессии, и уже в 32 года Дженнер стал компетентным профессионалом. В 1788 году он женился и обосновался в поместье Беркли. А в 1792-м Университет Святого Эндрю присвоил ему медицинскую степень.

Помимо медицины Дженнер интересовался также натуралисткой и естествознанием. Но самым главным достижением его жизни было открытие вакцины, создающей иммунитет к оспе, которая в то время была такой же страшной, как чума и холера.

Прививка против этой болезни существовала и раньше. Биоматериал от больного человека вводили здоровому. Этот процесс носил название «вариоляция». Процедура часто проходила с осложнениями, пациенты долго болели. Эдварда тоже привили в детстве таким образом, и он на себе испытал мучительные последствия вариоляции.

В основу исследований Дженнера легло крестьянское поверье, что переболевшие коровьей оспой люди уже не заражаются черной оспой либо легко переносят ее. Все свое свободное время он посвящал исследованиям этого феномена, и наконец нашел подтверждение данной теории.

Теория требовала подтверждения практикой. На себе испытать действие вакцины Дженнер не мог из-за проведенной в детстве вариоляции. Он долго мучился, прежде чем решился рискнуть чьей-то жизнью. Но важность открытия одержала верх. В 1796-м Эдвард ввел содержимое пузырьков коровьей оспы 8-ми летнему Джеймсу Фиппсу. А когда эта болезнь отступила, Дженнер сделал на его руках надрезы и потер их зараженной черной оспой материей.

Организм Джеймса никак не отреагировал на поступление в организм смертельно опасной инфекции. Это означало, что найдено действенное средство для предупреждения тяжелейшей болезни. В дальнейшем Дженнер был очень привязан к мальчику и даже подарил ему дом с садом.

Два года спустя после проведения первой вакцинации ученый опубликовал результаты своих исследований и экспериментов, распространяя таким образом сведения об успешной вакцинации и методах ее проведения. Открытие Дженнера оценили во всем мире. Многие научные Европейские сообщества приняли его в свои ряды.

В 1803-м были созданы Институт оспопрививания (Дженнеровский) и Королевское Дженнеровское общество. Эдвард Дженнер стал первым их руководителем, пожизненно оставаясь на этой должности.

Правительство Великобритании также высоко оценило это открытие, наградив ученого в 1806 году премией в 10 тыс. стерлингов, а через 2 года – в 20 тыс. стерлингов. Оксфорд присвоил ему в 1813-м ученую степень доктора, его признали почетным гражданином Лондона, что подтверждал диплом, отделанный бриллиантами. А российская императрица отправила Дженнеру драгоценный перстень вместе с благодарственным письмом. В его честь была даже выбита медаль.

Спустя 40 лет после первой удачной вакцинации вариоляцию в Великобритании вообще запретили. А в 1853-м вакцинация посредством прививки коровьей оспы стала делаться всем в обязательном порядке.

Не всем пришлось по душе это открытие. Даже многие ученые того времени отнеслись к нему отрицательно. Брошюры с исследованиями и техникой проведения вакцинаций ученый долгое время выпускал на свои средства. Выступали против этого метода защиты от оспы и представители церкви, ссылаясь на Божью волю.

Но болезнь была очень страшной, и многие люди стали прибегать к вакцинации, чтобы уберечься от нее. Ее применяли среди английских и французских военных, а на Сицилии прибытие вакцины было встречено Крестным ходом. Последнее заболевание черной оспой зафиксировали в 1977 году, а с 1980-го болезнь побеждена полностью.

Эдвард Дженнер умер в 1823 году. Ему, отцу иммунологии, в 1862 году поставили памятник на Трафальгарской площади. Но противники вакцинации добились его переноса в Кенсингтонские сады, где памятник находится и сейчас.

А в 1996 году в тротуар вмуровали табличку, описывающую заслуги ученого перед человечеством. Его имя носят улицы, поселки, больницы. В доме, где он трудился, открыт музей.

Для нас важна актуальность и достоверность информации. Если вы обнаружили ошибку или неточность, пожалуйста, сообщите нам. Выделите ошибку и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter .

источник

Предлагаю немного вспомнить историю и посмотреть, как делались великие открытия в медицине. Сегодня — об английском враче Эдварде Дженнере, который открыл безопасный способ борьбы с натуральной оспой. О Дженнере потом сказали: «Ни один врач не спас жизнь такому значительному числу людей, как этот человек».

Следует отметить, что прививали и до Дженнера, но настоящим вирусом натуральной оспы от легко болевших людей. Бывали осложнения и смертельные случаи. Дженнер предложил прививать коровью оспу, что сделало прививку полностью безопасной.

Натуральная оспа относится к группе особо опасных инфекций (вместе с холерой, чумой, желтой лихорадкой, сибирской язвой и др.). Вирус передается воздушно-капельно, через предметы и проникает в эпителий, вызывая образования пузырьков. Из-за снижения иммунитета пузырьки нагнаиваются, превращаясь в гнойники. Если больной выживает, при заживании гнойники превращаются в рубцы. Оспой болел Сталин, на его лице на всю жизнь остались уродливые шрамы и рубцы.

Благодаря Эдварду Дженнеру натуральная оспа стала первым заболеванием, которое удалось победить человечеству с помощью вакцинации. В 1975 году было зарегистрировано последнее заражение, а в мае 1980 года ВОЗ объявила о полной победе над оспой на Земле. Теперь вирус натуральной оспы хранится только в нескольких надежно охраняемых лабораториях в мире. Если вирус удастся захватить террористам, то последствия могут быть ужасны, ведь антибиотики на вирус не действуют, а прививки сейчас не проводятся (разве что для военных в отдельных странах после 2001 года).

Далее читайте статью из журнала «Репетитор» (март 2005 года):

Обычно от оспы умирала 1/6 — 1/8 часть всех заболевших, а у маленьких детей смертность достигала 1/3. По отношению к общей смертности на долю оспы выпадала четверть всех умирающих. И такая картина наблюдалась до конца XVII века. Только в Германии в 1796 году от оспы умерли 70 тыс. человек, а в Европе ежегодно от этой болезни погибали до 1,5 млн человек. В XVI веке оспа перекинулась в Америку, где от нее в короткий срок умерли несколько десятков миллионов коренных жителей-индейцев.

Даже если оспа щадила жизнь, она часто оставляла после себя неизгладимые следы. Множество людей были обезображены рубцами, других она лишила зрения и слуха. В средневековой Европе эпидемии оспы были настолько часты и тотальны, что у врачей сложилось твердое убеждение: каждый человек должен переболеть оспой. Знаменитый врач XVII века Сиденгам называл оспу «отвратительной болезнью, унесшей в могилу больше жертв, чем все другие эпидемии, чем порох и война».

От оспы не было лекарств, но давно была замечена одна особенность этой болезни — человек, переболевший даже самой легкой ее формой, на всю жизнь становился к ней невосприимчивым. Этим был подсказан способ, как противостоять страшному заболеванию. В Китае уже за 1000 лет до нашей эры врачи умели прививать здоровому человеку легкую форму натуральной оспы и тем самым защищали его от заражения более тяжелой формой. Из Китая этот способ распространился по всему Востоку, а в начале XVIII века он привлек внимание европейцев.

Обычно для оспопрививания выбирали подходящие случаи легкой натуральной оспы и прививали ее здоровому человеку, так что тот переносил ее в неопасной форме. Несмотря на то, что прививка в большинстве случаев давала хороший эффект, нередкими были и трагические исходы, когда у привитого развивалась тяжелая форма болезни со всеми ее последствиями. Поэтому на прививку решались немногие.

Нетрудно представить себе, как велика была благодарность современников английскому врачу Эдварду Дженнеру, который в конце XVIII века открыл надежный и безопасный способ защиты против этой страшной болезни. Суть открытия Дженнера очень проста — вместо натуральной человеческой оспы он предложил прививать людям ту форму оспы, которая изредка поражала коров и тех людей, которые имели дело с молочным скотом. Дело в том, что болезнь, сходная с оспой, наблюдается у многих видов животных. Причем уже давно было замечено, что у одних видов она протекает в очень легкой форме, а у других, напротив, принимает опасный характер.

В частности, коровы болели оспой сравнительно редко и переносили ее очень легко. Отмечалось также, что доярки, переболевшие коровьей оспой, обычно оказывались невосприимчивыми к оспе натуральной. Некоторые врачи пытались объяснить этот факт, но большинство ученых-медиков не придавали этому феномену должного внимания.

Один случай заставил Дженнера сосредоточиться на этой проблеме. Однажды, когда юный Дженнер еще учился у врача Даниэля Лидлоува в Соббери, к нему обратилась за советом бедная крестьянка. Осмотрев больную, Дженнер нашел у нее все симптомы натуральной оспы и сообщил ей об этом. «Оспой я не могу заболеть, — отвечала ему больная, — у меня уже была коровья оспа». Глубокая уверенность крестьянки произвела на юного Дженнера сильное впечатление и навела его на следующее предположение: раз коровья оспа при ее предохранительном свойстве переносится человеком сравнительно легко и почти всегда протекает без смертельного исхода, то очевидно, что достаточно вызвать ее искусственно в человеческом организме, чтобы навсегда обезопасить его от заболевания настоящей оспой.

От природы Дженнер был очень общительным и не раз высказывал это предположение коллегам. Мало кто разделял тогда его уверенность, но для самого Дженнера поиск безопасного оспопрививания сделался делом всей его жизни. Он всегда имел большой интерес к болезням домашних животных и, внимательно изучая кожные заболевания коров, заметил, что высыпания оспы не всегда одинаковы у животных. Исходя из этого, он сделал предположение, что под общим названием оспы могут скрываться разные болезни, имеющие одинаковые симптомы. Но только те люди, которые переболели настоящей коровьей оспой, делаются невосприимчивыми к натуральной оспе. Другие же только думают, что они болели ею. Именно этот незначительный процент, по мнению Дженнера, и составляли те несчастные доярки, которые заболевали впоследствии натуральной оспой. А раз так, значит, коровья оспа действительно должна предохранять каждого переболевшего ею человека от оспы натуральной.

Предположение это нуждалось в подтверждении, и Дженнер решился на проведение эксперимента. 14 мая 1796 года, когда в окрестностях его родного местечка появилась коровья оспа, он в присутствии врачей привил оспу здоровому 8-летнему мальчику: сделал два небольших надреза на его руке и внес в ранки вакцинный яд, взятый из кисти женщины, заразившейся оспой от коровы при дойке. Пустулы, воспроизведенные таким образом на руке ребенка, имели большое сходство с пустулами от прививания натуральной человеческой оспы, но общее болезненное состояние было едва заметно. Через 10 дней мальчик был совершенно здоров. 1 июля того же года Дженнер взял материю из пустулы человека, заболевшего натуральной оспой, и инокулировал ею привитого мальчика. Прошло три дня, краснота на месте прививки исчезла без малейшего следа человеческой оспы — мальчик остался здоров. Спустя несколько месяцев мальчику сделали вторую прививку натуральной оспы, а через 5 лет — третью. Результат остался тот же, мальчик оказался невосприимчивым к этой болезни.

Однако это открытие не означало победы над страшной болезнью. Случаи коровьей оспы были очень редки, иногда от одной вспышки эпидемии до другой проходило несколько лет. Если бы пришлось дожидаться каждого такого случая, чтобы получить материал для предохранительных прививок, эффективность их была бы очень невелика. Поэтому очень важна была вторая серия опытов, проведенная Дженнером два года спустя. Весной 1798 года Дженнер привил коровью оспу мальчику непосредственно от коровы, а затем дальше — с человека на человека (всего пять генераций). Наблюдая всех привитых, он установил, что предохранительная сила коровьей оспы не меняется, если ее прививать от человека, переболевшего коровьей оспой, другому человеку, и сохраняет свойства вакцинной лимфы, взятой непосредственно от коровы. Этим был найден способ получать материал для прививок практически в неограниченных количествах. Каждый человек, которому была привита оспа, мог давать свою кровь для изготовления вакцины. Действенное средство против оспы было найдено.

В 1798 году Дженнер опубликовал небольшую брошюру в 75 страниц, в которой описал свои опыты. Далеко не все и не сразу приняли идею прививок. Несколько лет продолжались ожесточенные споры, но удивительные успехи вакцинации убедили даже самых непримиримых противников оспопрививания. Действительно, по сравнению с практиковавшейся прежде прививкой натуральной оспы прививка коровьей оспы обладала неоспоримыми преимуществами. Ведь коровья оспа давала только местный незначительный эффект, в то время как прививка натуральной оспы вызывала общее заболевание, силу которого было невозможно предугадать. С начала XIX века прививки против оспы стали делать все большему и большему количеству людей. Страшная болезнь, уносившая во времена эпидемий множество человеческих жизней, была стерта с лица земли.

Читайте также:  Как долго болеют ветряной оспой

На долю Дженнера выпало редкое счастье — еще при жизни его заслуги получили всеобщее признание. В самых разных странах имя Дженнера произносили с благодарностью, он получил множество медалей и почетных дипломов, стал членом всех европейских академий, а несколько индейских племен Северной Америки прислали ему почетный пояс. В 1853 году при открытии памятника Дженнеру в Лондоне принц Альберт сказал: «Ни один врач не спас жизнь такому значительному числу людей, как этот человек».

источник

Эдвард Энтони Дженнер английский врач, разработал первую вакцину — против оспы. Дженнер придумал вводить в организм человека как бы неопасный вирус коровьей оспы. Первый руководитель ложи оспопрививания в Лондонес 1803 года (ныне Дженнеровский институт).

Получил медицинское образование в Лондоне. Дженнер работал сельским врачомвГлостершире. Дженнеру приходилось наблюдать смерть отоспымногих пациентов, но против этой страшной болезни он был совершенно беспомощен, как и многие другие врачи. Однако его внимание привлекло популярное среди населения мнение о том, что люди, переболевшие оспой коров, не заболевают натуральной оспой.

В течение многих лет предпринимались попытки найти приемлемые способы предотвращения оспы. Дженнер постепенно пришел к мысли, что можно искусственно заражать человека именно коровьей оспой и тем самым предохранять его от заболевания натуральной. За двадцать шесть лет наблюдений и сопоставлений фактов опыт накапливался, отрабатывалась методика эксперимента. Дженнер привил коровью оспу восьмилетнему мальчику Джеймсу Фипсу, взяв для этого жидкость из пустулы на руке доярки, болевшей коровьей оспой.

Как ни велико было открытие, но для Дженнера и его метода начало оспопрививания оказалось началом тернистого пути. Много пришлось пережить ученому, вынести травлю лжеученых. Не поняли метод Дженнера и многие ученые-современники. Так, Лондонское королевское обществовозвратило ему написанный им труд «Исследование причин и действие коровьей оспы» с предостережением «не компрометировать своей научной репутации подобными статьями». Прививки коровьей оспы с негодованием встретилодуховенство. Но необходимость борьбы с болезнью заставляла людей все шире применять опыт Дженнера. Герцог Йоркский объявил оспопрививание по методу Дженнера обязательным для армии, а герцог Кларенс— для флота. Дженнер свободно предложил свою технику вакцинации всему миру и не предпринял ни одной попытки извлечь из нее личную выгоду.

В 1803 в Лондоне были основаны Королевское Дженнеровское общество (Royal Jennerian Society) и Институт оспопрививания (Дженнеровский институт). Дженнер стал его первым и пожизненным руководителем. Подвиг английского ученого снискал признание всего человечества, его приняли в почётные члены многие научные общества Европы. Эдвард Дженнер стал почетным гражданином Лондона, ему был поставлен бронзовый памятник в Кенсингтонском сквере, а Лондонским медицинским обществом вручена большая золотая медаль. ВоФранции, в Булони, есть прекрасный мраморный памятник работыМонтеверди— рассказ о том, как прививают оспу ребенку. Скульптор передает величайшее напряжение мысли Дженнера, его сосредоточенность на операции, которая стала делом всей его жизни. Это рассказ о радости победыумаи сердца. Если Дженнер —автороткрытия, то маленький Джеймс — соавтор, хотя он даже не знал, чему он помог и чемрисковал.

При полном хаосе в вопросах лечения в 17—18 вв., когда применение в роли панацеи нарывного пластыря как стимулирующего средства или кровопусканий, слабительных и т.д. уживалось с полипрагмазией, все же произошло обогащение арсенала лекарственных средств: к старой галеновой фармакопее были добавлены кора хинного дерева, вывезенная из Южной Америки и использованная для лечения малярии (наряду с применением в 16 в. ртути для лечения сифилиса это было истоком эмпирической химиотерапии); ипекакуана, или рвотный корень, также заимствованный у индейской медицины Нового Света; чай (китайский напиток) и аравийский кофе, которые применялись не только как тонизирующие средства, но даже для лечения чахотки. В 17 в. были осуществлены первые попытки внутривенных вливаний лекарственных средств и переливания крови (в Италии, Франции и других странах). Не имея научной основы, они, как правило, не приводили к успеху и нередко кончались гибелью больного, что послужило причиной осуждения этих методов и наложенного на них религиозными и гражданскими законами запрета. В 18 в. в качестве лечебного средства стали использовать белладонну, были открыты новые лечебные свойства наперстянки, которую ранее назначали как рвотное средство. После выхода классического труда английского ботаника и врача У. Уитеринга (1741—1799) «Сообщение о наперстянке, о некоторых терапевтических сторонах ее действия» (1785) наперстянку стали применять как эффективное средство при отеках. В 19 в. было установлено, что действие наперстянки в основном не мочегонное, а сердечное, и она была признана, по словам С.П. Боткина, «одним из самых драгоценных средств, какими обладает терапия».

Терапия тем не менее еще никак не укладывалась в рамки естественно-научного развития медицины: полипрагмазия, бесконечные кровопускания, которые применяли энтузиасты активной терапии, или, наоборот, терапевтический нигилизм ортодоксальных сторонников строго научной медицины — вот характерные черты, определявшие тогда ее лицо. Полипрагмазия – означает назначение множества лекарственных средств одновременно и нередко неоправданно.

Иоганн Готтфрид Радемахер (1772—1850) создал учение об опыте, об эмперическом лечении. Радемахер производил исследования на своих больных, о состоянии и лечении которых он вел книги. Плодом его размышлений и исследований было сочинение, которому он дал вполне средневековое название: «Оправдание забытого учеными людьми вполне оправдываемого разумом учения об опыте, принадлежащего старым врачам, и правильное изложение данных испытания этого учения у постели больного на протяжении двадцати пяти лет».

Необходимо оценить лечебное средство, а по действию лекарства возможно сделать вывод и насчет болезни. Это был метод, который с того времени, несмотря на все успехи диагностики, в сущности никогда не исчезал в медицине — диагноз ех. juyantibus— на основании того, что помогает. Таким образом, по учению Радемахера, все дело было в том, чтобы искать и находить лечебные средства.

Искусство врачевания, говорил он, пришло в состояние такого упадка потому, что врачи не перестают доискиваться причин болезней с целью понять эти последние и забывают о лечении; Гален еще владел этим искусством, но современные врачи разучились лечить. Радемахер, очевидно, чувствовал, что жил в переходное время. Поэтому он высказал положение: прежде всего лечить, если лечение помогает, то диагноз поставлен. Несмотря на это Радемахер, помимо средств для лечения органов, искал также и универсальных лечебных средств, опять-таки следуя примеру Парацельса; эти универсальные лечебные средства должны были действовать в человеческом теле на то неизвестное, которое он называл организмом в целом. Таким образом, на основании его опыта существует два вида заболеваний: заболевания отдельных органов и заболевания всего организма. Врач, находясь у постели больного, должен решить, с каким видом заболевания он имеет дело, например — на какой почве возникла лихорадка.

По его данным, имеется три универсальных лечебных средства: селитра, медь и железо; в соответствии с этим существуют и три основных страдания всего организма, и если мы их не знаем, их все-таки надо лечить этими тремя веществами. Но так как всякое общее страдание обыкновенно поражает также и орган, то надо лечить также и орган как таковой, а если мы установили, какое средство помогло, то мы узнали и название болезни.

источник

Эпидемия гриппа в России и вспышка лихорадки Зика в Америке (эту болезнь уже сравнили с Эболой) снова заставили врачей говорить о важности прививок — применения вакцин для выработки иммунитета от опасных болезней. Но даже сейчас невозможно скрыть, что путь к новым вакцинам изобилует случайностями и корректируется человеческими слабостями и страстями. Так происходит сейчас, так было и раньше — наши друзья из «Ленты.ру» вспоминают малоизвестные и скандальные эпизоды из истории вакцинации.

Путь человечества к прививкам начался с черной оспы. Эта болезнь преследовала людей многие тысячелетия — она была уже в древнем Египте и Китае. Оспа вызывает лихорадку, рвоту, боль в костях. Все тело покрывается сыпью. Почти треть больных умирает, у выживших остаются рубцы на коже (оспины) на всю жизнь. В средневековой Европе заболеваемость оспой приобрела тотальный характер.

Однако еще в древности заметили: переболевшие оспой больше ее не подхватывают (или, по крайне мере, она приносит им лишь небольшое недомогание). Неизвестно, кому впервые пришла в голову идея втирать в ранку на руке здорового человека оспенный гной из созревшей пустулы больного — и как удалось убедить проверить этот метод (вариоляцию, или инокуляцию) в действии. Но додумались до этого в разных местах — Китае, Индии, Западной Африке, Сибири, Скандинавии. (В Китае, правда, предпочитали обмакивать в гное шарик из ваты, а потом втыкать его в нос).

А вот современная вакцинация зародилась на Кавказе. Черкесские женщины проделывали вариоляцию над своими дочерями, когда тем было шесть месяцев от роду — чтобы оспенные рубцы не обезобразили их уже в девичестве. Неясно, в какой степени это было заботой о здоровье и в какой — способом повысить ценность девочек, которых сотни лет продавали в турецкие и персидские гаремы.

Однако работорговля с Кавказом имела одно положительное последствие для мировой медицины: стамбульские турки к концу XVII века переняли у черкесов их полезный обычай. Инокуляция давала лишь два-три процента летальных исходов — вдесятеро меньше, чем при обычном течении болезни!

Но как этот метод попал в Европу? В 1716 году леди Мэри Уортли Монтегю, дочь герцога и звезда лондонского высшего света, заразилась оспой. Болезнь ее пощадила, но обезобразила лицо — леди покинула Лондон и отправилась в Стамбул, куда ее мужа назначили послом.

Узнав о вариоляции от местных женщин, в 1718 году Уортли Монтегю уговорила посольского врача привить от оспы ее пятилетнего сына Эдварда (несмотря на возражения священника, страшившегося «магометанской» процедуры). Мальчик приобрел иммунитет, а британская леди твердо вознамерилась ввести новую медицинскую технологию в родной стране.

В том же 1718 году в Америке проповедник Коттон Мэзер (один из идеологов салемской охоты на ведьм) разговорился со своим рабом Онесимусом об оспе. Африканец показал шрам на руке и рассказал Мэзеру об операции, которая навсегда спасла его от заражения.

Шанс донести до масс свое открытие проповеднику представился в 1721 году, когда в бостонской гавани бросил якорь корабль с больными моряками. Мэзер собрал врачей Бостона и посоветовал немедленно привить горожан. Всю весну и лето он писал трактаты и письма, читал проповеди о высокоморальности и безопасности инокуляции.

Однако призывы бороться с ведьмами из уст Мэзера имели больше успеха, чем проповедь прививок. Народ сомневался в безвредности нового средства, а особо верующих возмутила мысль о том, что человек вмешивается в божественный замысел поразить грешника болезнью. Профессиональные врачи негодовали: какой-то священнослужитель лезет в научный (светский!) процесс лечения со своими изуверскими экспериментами.

Среди докторов Мэзер смог убедить только одного — Забдиэль Бойльстон привил своего сына и двух рабов. После успешного исхода он начал прививать бостонцев, обратившись к помощи африканских рабов, которые проводили вариоляцию на своей родине.

Тем временем эпидемия набирала обороты: к октябрю слегла почти треть бостонцев. Боульстон и Мэзер привили всех, кого смогли уговорить — но горожане их же и обвинили в неуправляемом распространении эпидемии. Однажды ночью в окно спальни Мэзера влетела граната. К счастью, одна из половинок расколовшейся на две части бомбы загасила фитиль. Мэзер прочитал на бумажке, привязанной к фитилю: «КОТТОН МЭЗЕР, ах ты пес, черт тебя подери; я тебя вот этим привью, вот тебе оспа».

Защищая свой метод, Мэзер и Бойльстон собрали поразительно точную для XVIII века медицинскую статистику: по их данным, умерло лишь два процента привитых, тогда как среди остальных бостонцев смертность составила 14,8 процента.

Прививание американцев (1871)
Изображение: Mary Evans Picture Library / Globallookpress.com

Тем временем в Англии леди Монтегю сделала прививку своей дочке — чтобы доказать врачам действенность инокуляции. После этого король приказал провести клинические испытания на заключенных Ньюгейтской тюрьмы (выживших добровольцев обещали освободить). После успешного опыта врачи переключились на детей-сирот. Когда и те приобрели иммунитет к оспе, доктора поднялись вверх по социальной лестнице, привив дочерей принца Уэльского.

Только тогда инокуляция стала распространяться в Великобритании. Но в Европе она все еще считалась островным безумством англичан. Лишь после смерти Людовика XV от оспы в 1774 году внук монарха (будущий Людовик XVI) согласился на процедуру. Инокуляция помогла: жизнь короля оборвала не оспа, а гильотина.

В конце того же XVIII века было создано более эффективное средство — вакцинация. В том, опять же, заслуга народной медицины: молодой врач Эдвард Дженнер заметил, что доярки в графстве Глостершир почти не болеют оспой. Наблюдая за случаями заболеваний оспой людей и животных, Дженнер постепенно пришел к мысли, что можно искусственно заражать человека именно коровьей оспой, и так спасать его от натуральной.

Эдвард Дженнер
В 1796 году Дженнер привил коровью оспу восьмилетнему Джеймсу Фиппсу. Когда мальчик оправился от последствий, Дженнер инокулировал его настоящей оспой — и Фипс не заболел. Однако британское научное сообщество скептически приняло выводы Дженнера — признание к медику пришло лишь в начале XIX века. Кстати, именно ему мы обязаны термином «вакцинация» (vaccinia по-латыни — коровья оспа). Сейчас вакциной называют любое лекарственное средство, придающее организму иммунитет от болезни: обычно вакцины получают из выращенных в лабораторных условиях вирусов.

История Дженнера изложена во всех учебниках. Но не все знают, что он не первый и не единственный придумал прививать коровью оспу. За пять лет до Дженнера эту процедуру провел Петер Плетт из Шлезвиг-Гольштейна (также после общения с доярками). Он сообщил о своем опыте профессорам из местного университета, но те его проигнорировали. Плетт умер в безвестности в 1820 году — сейчас его имя известно только специалистам.

Но Плетт был человеком образованным. Вакцинацию же придумывали и самые простые люди: например, в 1774 году фермер Бенджамен Джести из Дорсета привил коровью оспу своей жене и детям (с помощью швейной иглы) — чтобы защитить их от эпидемии. Потомки узнали об этом из надписи, высеченной на могиле Джести. «Это прямой и честный человек; был он первым (насколько известно), кто привил коровью оспу путем инокуляции, и кто благодаря великой силе духа провел эксперимент над своей женой и двумя сыновьями в году 1774-м».

Читайте также:  До скольки лет можно заболеть ветряной оспой

Дженнер прививает восьмилетнего Фиппса
Изображение: Mary Evans Picture Library / Globallookpress.com

В конечном счете именно доярок и владельцев молочных ферм Европы стоит благодарить за изобретение вакцины от оспы. Но почему же честь открытия досталась Эдварду Дженнеру?

Он не первым заметил связь между болезнью коров и иммунитетом к черной оспе, не первым реализовал это на практике — зато именно он привлек внимание научного сообщества к вакцинации и потратил годы на то, чтобы убедить ученых в действенности этой процедуры. Как заметил викторианский статистик и антрополог Фрэнсис Гальтон, «в науке признание заслуг достается тому, кто убедит мир, а не человеку, которому впервые в голову пришла новая идея».

источник

Оспа – одна из древнейших и опаснейших болезней. Люди, заразившиеся этим заболеванием, погибали. Количество жертв исчислялось не тысячами, а доходило до миллионов. Течение болезни очень тяжелое, больной страдает от лихорадки, его тело покрывают гнойные пузыри. Тем, кто имел удачу выжить, приходилось нелегко: многие теряли зрение, шрамы покрывали тело. Врач Эдвард Дженнер стал человеком, который спас мир от этого заболевания. Он первый предложил вакцинацию.

В мае 1749 года в Англии, в местечке Берклей, у священника по фамилии Дженнер родился 3 ребенок, ему дали имя Эдвард. Желания идти по стопам отца и быть священнослужителем у юноши не было. Поэтому с 12 лет он начал изучать медицину, учился на хирурга.

Через время он начал заниматься анатомией человека и приступил к практике в больнице.

В 1770 году молодой человек перебрался в Лондон, где смог завершить медицинское образование. Он работал под руководством знаменитого хирурга и анатома, который помог ему блестяще овладеть всеми тонкостями хирургии. Молодого юношу интересовала не только медицина, но и естествознание, натуралистика.

Эдвард Дженнер в 1792 году получил медицинскую степень, которую ему вручили в университете Святого Эндрю.

В возрасте 32 лет он уже прослыл компетентным хирургом. Его самым большим достижением считается изобретение вакцины, которая создает иммунитет к заболеванию оспой.

При этом нельзя сказать, что он изобрел саму прививку, так как практика прививки оспы от больного человека здоровому была и до этого. Процедура носила название «вариоляция», она проходила не всегда удачно: часто люди после вариоляции серьезно заболевали. Сам Эдвард в детстве был привит подобным образом и долго мучился от последствий.

Пробудило в нем интерес работать в этом направлении примитивное верование необразованных людей в то, что если болел коровьей оспой, то болезнь, которая поражает людей, уже не страшна.

Он экспериментальным путем, основываясь на свою интуицию, доказал, что крестьяне не ошибались. Работа поглотила его, он посвящал исследованиям все свое время.

В 1796 году Эдвард Дженнер, фото которого представлены в статье, привил мальчика восьми лет веществом, которое взял из пустул коровьей оспы.

Эксперимент прошел успешно, ученый продолжил свои труды.

В 1823 году ученого не стало.

Ученый скрупулезно исследовал результаты своих экспериментов и позже изложил их в брошюре, которую опубликовали в 1798 году. Через время было написано еще 5 работ на тему вакцинации. Целью работы ученого было распространение знаний о вакцинации и обучение техники ее проведения.

Великое дело ученого-врача получило всемирное признание. Он стал почетным членом многих научных обществ Европы.

В 1840 году в Великобритании была запрещена вариоляция. В 1853 году прививка с помощью коровьей оспы стала обязательной для всех процедурой.

В 1803 году были основаны Институт оспопрививания, который также называют Дженнеровский институт и Королевское Дженнеровское общество. За свои заслуги перед миром Эдвард Дженнер был назначен первым руководителем института. Эта должность была за ним пожизненно.

В 1806 году ученый получил награду от правительства — 10 тысяч стерлингов, в 1808 году еще одну, которая равнялась 20 тысячам стерлингов.

В 1813 году Дженнеру была присвоена ученая степень доктора медицины, это происходило в Оксфорде. Ученый был назван почетным гражданином Лондона, ему вручили диплом, украшенный бриллиантами.

Российская императрица Мария Федоровна, на то время возглавлявшая Ведомство императрицы Марии, которое было покровителем всех научно-медицинских и лечебных заведений, отправила Дженнеру благодарственное письмо и драгоценный перстень.

В честь великого ученого того времени была выбита медаль, на ней была надпись «Дженнер».

Эдвард Энтони Дженнер долго сомневался, прежде чем провести апробацию своей теории. На себе провести опыт он не мог, так как в детстве переболел оспой после неудачной вариоляции.

Ученого постоянно мучили сомнения, достаточно ли он уверен в своей теории, чтобы рискнуть чьей-то жизнью.

Когда крестьянка Нелмс заболела коровьей оспой, то у нее на коже рук появились пузырьки. Дженнер рискнул и привил содержимое одного пузырька восьмилетнему Джеймсу Фиппсу. Он шел на большой риск, так как того, что мальчик переболел коровьей оспой, было недостаточно. Чтобы подтвердить теорию, необходимо было еще заразить его черной оспой.

Эдвард понимал, что в случае, если мальчик умрет, ему жизни тоже не будет.

После того как ребенок выздоровел от коровьей, ученый ввел ему человеческую оспу. Несмотря на то что на обеих руках пациента были сделаны надрезы и тщательно втерта материя с ядом, реакции не было. Это означало, что эксперимент прошел успешно: благодаря Дженнеру Фиппс стал невосприимчив к оспе, которая является одним из тяжелейших заболеваний. Хотя ребенком он не осознавал всей тяжести и ответственности ситуации.

Ученый очень привязался к Джеймсу, он любил его как родного сына. В день 20-летия со дня публикации сведений об эксперименте ученый подарил Фиппсу дом с садом, в котором посадил много цветов.

Прививка, созданная ученым, была названа вакцинация, так как «вакка» в переводе с латинского языка означает «корова». Термин так прочно вошел в обиход, что сегодня любая прививка, которая выполняется в профилактических целях, называется этим словом. Дословно его можно перевести как «коровизация», но это не значит, что вакцина приготовлена с использованием антител именно этого животного. В случае бешенства, например, она готовится из мозга зараженного кролика. А в случае сыпного тифа — из легочной ткани мышей.

Несмотря на все величие открытия, оно было всего лишь началом тернистого пути. Ученому пришлось вытерпеть непонимание, травлю. Даже ученые-современники его не поняли и обратились к ученому с просьбой не компрометировать свою научную репутацию. Еще когда он был в начале пути, часто делился с коллегами своими мыслями, так как был общительным человеком. Но никто не разделял его интересов.

Свою книгу, в которой были показаны результаты исследований за последние 25 лет жизни Дженнера, он издавал за собственные средства.

Эдвард Дженнер и его последователи не сразу были хорошо приняты, после того как он издал свою книгу, ему пришлось стерпеть немало колкостей в свой адрес. Главным аргументом противников вакцинации было, что таким образом идут против воли Божьей. В газетах печатались карикатуры, на которых у людей, которые подверглись вакцинации, вырастали рога и шерсть.

Но болезнь наступала, и все большее количество людей спешили попробовать способ Дженнера уберечься от нее.

В конце 18 века вакцинация применялась на английском флоте и в армии.

Наполеон Бонапарт обязал вакцинироваться всех солдат французских войск. В Сицилии, куда он прибыл с вакциной, население настолько было радо спасению от болезни, что устроило крестный ход.

Натуральная оспа – одно из заболеваний, входящих в группу особо опасных. Наряду с ней там желтая лихорадка, чума, холера. Передается вирус воздушно-капельным путем, через предметы. Он проникает в эпителий, из-за этого на коже образуются пузырьки. Иммунитет больного снижается, поэтому начинается нагноение пузырьков, которые превращаются в гнойные раны. Если больной выживает, то на месте гнойников будут рубцы.

Эдвард Дженнер — основоположник оспопрививания, тот, кто сделал возможным обезопасить себя от угрозы заболеть. Благодаря работе ученого оспа стала первой болезнью, которую удалось победить с помощью проведения вакцинации.

1977 годом датируется последний случай заболевания черной оспой. ВОЗ в мае 1980 года провозгласила о победе над болезнью по всему миру. На сегодняшний день вирус оспы остался лишь в хорошо охраняемых лабораториях.

Вирус оспы охраняется от террористов. Если его похитят, последствия будут ужасающими, так как на него не распространяется действие антибиотиков, а прививки уже длительное время не проводят.

От оспы умирала 1/6 часть всех заболевших, если это дело касалось маленьких детей, то смертность составляла 1/3. Поэтому благодарность ученому была неописуемая.

Эдвард Дженнер, биография которого на сегодняшний день известна многим, считается отцом иммунологии. В честь него в Кенсингтонских садах в живописном уголке, который носит название «Итальянские сады», стоит памятник. Он был поставлен в 1862 году. Табличка, которая рассказывает о заслугах ученого, была вмурована в тротуар в 1996 году.

Многие сейчас не осознают всю значимость открытия ученого. По мнению специалистов, этот человек спас так много человеческих жизней, как никто другой.

Именем ученого названы улицы, отделения в больницах, поселки и деревни. В доме, где привык работать, открыт музей.

Над памятником ученому работал Уильям Колдер Маршалл. Изначально он находился на Трафальгарской площади, но спустя четыре года его переместили в парк из-за протестов людей, выступающих против прививок.

На сегодняшний день врачи и ученые организовали кампанию, которая пытается вернуть памятник на площадь. По мнению специалистов, люди, протестующие против прививок, просто не знают всего ужаса таких болезней, как черная оспа.

Ученый женился в 1788 году, купил в Беркли поместье. У его жены было слабое здоровье, поэтому лето семья проводила в Челтнем-Спа. Доктор имел большую практику. У него было 3 детей.

Большую часть своей жизни ученый посвятил разработке вакцины от оспы. Несмотря на это, ему также хватило времени, чтобы заниматься другими болезнями. Ему принадлежит открытие о том, что грудная жаба – это недуг, который поражает коронарные артерии. От коронарных артерий зависит снабжение кровью сердечной мышцы.

источник

Натуральная или чёрная оспа — высокозаразная вирусная инфекция. Её вызывают два вида вирусов: Variola major и Variola minor, которые относятся к семейству Poxviridae, подсемейства Chordopoxvirinae, рода Orthopoxvirus. Люди, выживающие после оспы, могут частично или полностью терять зрение, и практически всегда на коже остаются многочисленные рубцы в местах бывших язв.

Последний случай заражения оспой был зарегистрирован 26 октября 1977 года в сомалийском городе Марка.

В конце XVIII века несколько наблюдателей обратили внимание на коровью оспу, болезнь, часто встречавшуюся у лошадей и коров. У последних она проявлялась в виде пустул, пузырьков с гнойным содержимым на вымени, очень напоминавших оспенные высыпания у человека. Однако коровья оспа у животных протекала значительно доброкачественнее, чем натуральная оспа у человека, и могла ему передаваться. Доярки часто переносили коровью оспу, но впоследствии не заражались натуральной. Факт, что в английской армии XVIII столетия заболеваемость оспой в кавалерии была значительно ниже, чем в пехоте, представляет собой явление того же порядка.

Ещё в 1765 г. врачи Суттон и Фьюстер сообщили лондонскому медицинскому обществу, что оспа у дойных коров, если ею заражается человек, предохраняет его от заболевания натуральной человеческой оспой. Лондонское медицинское общество не согласилось с ними, признало их наблюдение простой случайностью, не заслуживающей дальнейшего исследования. Однако, в 1774 г. английский фермер Джестли успешно привил коровьей оспой свою семью, и то же сделал немецкий учитель Плетт в 1791 г. Независимо от них это обнаружил английский врач и натуралист Дженнер, который, наблюдая за естественными случаями коровьей оспы 30 лет, 3 (14) мая 1796 г. решился произвести публичный опыт прививания коровьей оспы. В присутствии врачей и посторонней публики Дженнер снял оспу с руки молодой доярки Сары Нелмес, заразившейся коровьей оспой случайно, и привил её восьмилетнему мальчику Джемсу Фиппсу. Оспа принялась, развилась только на привитых двух местах и протекла нормально. Затем 1 июля того же года Дженнер привил Фиппсу натуральную человеческую оспу, которая, как у защищённого предохранительной прививкой, не принялась.

Два года спустя Дженнер опубликовал свою работу под названием: «An Inquiry Into the Causes and Effects of the Variolae Vaccinae, a Disease Discovered in Some of the Western Counties of England, Particularly in Gloucestershire And Known by the Name of Cow-pox». В этой брошюре Дженнер указывал, что коровья и натуральная оспа есть две формы одной и той же болезни, так что перенесение коровьей оспы сообщает невосприимчивость к натуральной.

В 1800 году вакцинация была признана обязательной в английской армии и на флоте. В эти годы она распространилась в английских колониях, Северной Америке и далее в Европе. В 1803 году испанский король, убеждённый в пользе вакцинации, приказал своему личному врачу Франциску Хавьеру де Бальми доставить её в испанские владения в Северной и Южной Америке. Чтобы продержать вакцину в пригодном состоянии во время путешествия, врач взял из сиротских приютов Испании 22 мальчиков в возрасте от 3 до 9 лет, прежде не имевших коровьей или натуральной оспы. Во время переезда через Атлантический океан де Бальми прививал сирот «живой цепочкой». Двое детей были привиты перед отъездом, и когда пустулы коровьей оспы появились на их руках, отделяемое из тех язв было употреблено для вакцинации двух следующих детей.

В 1807 году Бавария стала первой страной, где оспопрививание было сделано обязательным для населения. В первые годы после изобретения вакцинации она производилась с руки на руку. Этот способ требовал повреждения оспинки на руке у привитого, что могло вызвать воспаление в месте прививки и замедлить заживление ранки. Кроме того, вместе с коровьей оспой могли передаваться возбудители различных болезней, в том числе сифилиса и рожи. Всё это, вместе взятое, побудило обратиться к животной лимфе. Оказалось, что безусловно безопасной является оспа у телят, которым первоначально привита самородная коровья оспа. Снятую у телят оспу прививают людям и ту же телячью оспу прививают другим телятам.

Со времени употребления телячьей оспы оспопрививание стало доступно массам, так как стало возможно добывать потребный оспенный материал в любом количестве, весьма дёшево и распространять оспопривание, не встречая сопротивления в народе, которому инстинктивно были противны съёмка оспы и прививание с руки на руку. Простейший способ приготовления вакцины состоял в соскабливании оспенных пустул у телят и растирании с глицерином. Уже в XX веке была предложена лиофильно высушенная вакцина. Такая вакцина обладала устойчивостью к температурному фактору, что было чрезвычайно важно для стран тропической Африки, Азии, Южной Америки, где жидкий препарат быстро инактивировался.

источник